Масленица – славянский традиционный праздник. Отмечается в течение недели перед Великим постом. Масленица представлена в народном творчестве в виде песен, пословиц и поговорок, в картинах русских художников. Яркий литературный образ Масленицы создали русские писатели и поэты в художественной литературе.
Стихотворение «Масленица на чужой стороне». Петр Вяземский.
« Скоро масленицы бойкой
Закипит широкий пир,
И блинами и настойкой
Закутит крещеный мир.
В честь тебе и ей Россия,
Православных предков дочь,
Строит горы ледяные
И гуляет день и ночь.
Игры, братские попойки,
Настежь двери и сердца!
Пышут бешеные тройки,
Снег топоча у крыльца».
П.А. Вяземский (1792 – 1878) – русский поэт, литературный критик, историк, переводчик, публицист, мемуарист, государственный деятель.
О Масленице в прозе.
Описание празднования Масленицы в романе А.И. Куприна о русских офицерах "Юнкера".
«О, языческое удельное княжество Москва! Она ест блины горячими, как огонь, ест с маслом, со сметаной, с икрой зернистой, с паюсной, с салфеточной, с ачуевской, с кетовой, с сомовой, с селедками всех сортов, с кильками, шпротами, сардинами, с семушкой и с сижком, с балычком осетровым и с белорыбьим, с тешечкой, и с осетровыми молоками, и с копченой стерлядкою, и со знаменитым снетком из Бела озера. Едят и с простой закладкой и с затейливо комбинированной. А для легкости прохода в нутро каждый блин поливается разнообразными водками сорока сортов и сорока настоев. Тут и классическая, на смородинных почках, благоухающая садом, и тминная, и полынная, и анисовая, и немецкий доппель-кюммель, и всеисцеляющий зверобой, и зубровка, настойка на березовых почках, и на тополевых, и лимонная, и перцовка, и ... всех не перечислишь». «Древние старожилы говорили с прискорбием: Жидковаты стали люди, не емкие. Посудите сами: на блинах у Петросеева Оганчиков-купец держал пари с бакалейщиком Трясиловым – кто больше съест блинов. И что же вы думаете? На тридцать втором блине, не сходя с места, богу душу отдал! Да-с, измельчали люди».
Хорошо и точно сказал о блинах А.П. Чехов:
«Поддаются времена и исчезают малопомалу на Руси древние обычаи, одежды, песни; многое уже исчезло и имеет только исторический интерес, а между тем такая чепуха, как блины, занимает в современном российском репертуаре такое же прочное и насиженное место, как и 1000 лет тому назад. Не видно и конца им и в будущем…».
Чехов сравнивает выпекание блинов с домашним женским колдовством:
«Да, блины, их смысл и назначение – это тайна женщины, такая тайна, которую едва ли скоро узнает мужчина».